Пример рецензии судебной психолого-психиатрической экспертизы (обвиняемого по ст. 105 ч. 1 УК РФ)

                                             

ЦЕНТР

МЕДИКО-КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Автономная некоммерческая организация

111250 Москва ул.Красноказарменная, д.3 стр.6

тел. (495) 723-41-69, 8-905-586-30-71

cmki@mail.ru

ОГРН 1117799017995                  ИНН 7725350534

 

 

 

№   32-Пх                                                                27 марта    2013 года

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТА

(разъяснение специалистом вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию)

 

Мы, Андриянов Николай Иосифович, врач-психиатр, имеющий сертификат специалиста по специальности «Психиатрия» и стаж экспертной работы 3 года и Токарев Андрей Олегович, имеющий высшее медицинское образование, квалификацию врача-психиатра, стаж экспертной работы по специальности 21 год, высшую квалификационную категорию, на основании запроса адвоката ————- Н.В. в АНО «Центр медико-криминалистических исследований»  от 19 марта 2013 г. дали разъяснения по вопросам полноты, объективности и научной обоснованности заключения комиссии экспертов от 31 января 2013 года, выполненного в —————— областной психиатрическая больнице №1, по комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизе ————а Ильи Владиславовича 1990 года рождения, обвиняемого по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

 

На исследование представлено:

Заключение комиссии экспертов № 103 от 31 января 2013 года, выполненное в ———— областной психиатрической больнице №1», по комплексной первичной амбулаторной судебной психолого-психиатрической по комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизе ————а Ильи Владиславовича 1990 года рождения, обвиняемого по ст. 105 ч. 1 УК РФ. Копия на 5 листах.

 

Перед специалистом поставлены вопросы:

  1. Насколько полным, объективным и научно обоснованным является заключение комиссии экспертов от 31 января 2013 года, выполненного в Брянской областной психиатрическая больнице №1, по комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизе ————а Ильи Владиславовича 1990 года рождения, обвиняемого по ст. 105 ч. 1 УК РФ.

 

 

Используемая литература.

 

  1. А.А. Ткаченко. Стандарты судебно-психиатрических экспертных исследований ГНЦС и СП. им. Сербского – М., 2001.
  2. А.А. Ткаченко. Экспертное судебно-психиатрическое исследование: подготовительная и аналитическая стадии. Рос. Психиатр. Журнал. – М., 2005.
  3. А.А. Ткаченко. Судебная психиатрия. Консультирование адвокатов. – М., 2004.
  4. Клиническая психиатрия. Под редакцией Т.Б. Дмитриевой М., 1998.
  5. Т.Б. Дмитриева, М.А. Качаева, Ф.С. Сафуанов. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза психического состояния. Руководство для врачей и психологов. – М., 2001.
  6. Н.Г. Шумский. Диагностические ошибки в судебно – психиатрической экспертизе. – СПБ., 1997.
  7. Н.Н. Иванец, И.П. Анохина, М.А. Винникова. Наркология: национальное руководство. — М.,
  8. Л.В.Гусинская, Т.И. Кадина, С.А. Потапов, Т.И. Смирнова. Комплексные судебно-психиатрические экспертизы: Пособие для врачей. М., 1996.
  9. И.А.Кудрявцев. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. М.,1999.
  10. Т.А. Смирнова. Проблемы соматопсихиатрии в судебной экспертизе . Рос. Психиатр. Журнал. – М., 1999, № 4.
  11. Международная классификация болезней (10-й пересмотр) Классификация психических и поведенческих расстройств. – СПБ., 1994.
  12. МКБ – 10 в судебно-психиатрической экспертизе. Пособие для врачей. Под ред. Т.Б. Дмитриевой, Б.В. Шостаковича. – М., 1999.
  13. «Инструкция по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», утверждена Приказом Минздрава России №: 401 от 12 августа 2003 года.

 

ИССЛЕДОВАНИЕ.

Как следует из строк 13-14 снизу на стр. 2 заключения, эксперты излагали содержание исследовательской части, исходя из «материалов уголовного дела №38101 в 3 и со слов подэкспертного».

Обращает на себя внимание то, что эксперты не указали объём уголовного дела (количество томов, листов дела). Это, в свою очередь, лишает какой-либо достоверности их многочисленные ссылки на материалы дела в тексте исследовательской части.

Текст заключение идет монолитно, не разделен на абзацы, не выделены вводная и исследовательская части.

Обратим внимание на то, насколько формально и уклончиво экспертами был изложены данные о раннем развитии, возрастных (в данном случае – пубертатном) критических периодах, особенностях реагирования на житейские ситуации,  трудовой и социальный анамнез ————а И.В. Собственно, это трудно назвать изложением – информация уместилась в несколько строк. При этом эксперты упоминают (строки 10-14 снизу, лист дела №2): в раннем развитии от сверстников не отставал. В школу пошел в срок, с программой массовой школы справлялся хорошо, окончил 11 классов массовой школы, затем поступил в Российский государственный университет туризма и сервиса, который окончил в 2012 году. Некоторое время работал в компании «Сотовик» сборщиком заказов, проживал у родителей, по месту жительства характеризовался положительно, как спокойный и дружелюбный (характеристика в деле и показания свидетелей).

Думается, в задачу экспертов не входило подобное формальное перечисление материалов дела и дача им оценки (положительно или нет характеризуется ———— И.В.), тем более что ссылок на листы дела нет.

Указанные характеристики – важнейший с экспертной точки зрения материал, описывающий личность подэкспертного, однако он, по сути, проигнорирован: о конкретном содержании характеристик не сказано ни слова.

Это противоречит, в частности, требованиям действующей «Инструкции по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», которая в разделе 2. Исследовательская часть, пункте 2.2.2., посвящённом порядку описания анамнеза подэкспертного, в подпунктах «а», «г» и «з» требует изложить:

«2.2.2.  а) наследственную отягощенность психическими расстройствами, если таковая выявляется, данные об особенностях раннего развития подэкспертного;

г) особенности реагирования на различные житейские обстоятельства, в частности на психические травмы;

з) трудовой анамнез, в котором важно не просто перечислить места работы и занимаемые должности, но и приводить, где это возможно, трудовые характеристики, отзывы сослуживцев».

Подобный подход к изложению важной в контексте данной экспертизы информации нельзя назвать иначе, как необъективным.

Кроме того, действующая «Инструкция по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», в разделе 2. Исследовательская часть, пункте 2.2.2., подпункте «к», посвящённом требованиям к описанию исследуемой юридической ситуации, предписывает:

«2.2.2. к) … Существенное значение имеют заключения судебно-медицинской экспертизы, содержащие описание телесных повреждений жертвы, которые могут поспособствовать воссозданию реального поведения подэкспертного в момент правонарушения. Обязательно наличие в заключении данных судебно-медицинской экспертизы и осмотра места происшествия, имеющих значение для последующей реконструкции поведения и оценки состояния подэкспертного».

Эксперты лишь упоминают, что ———— И.В. нанес по голове по терпевшей не менее 8 ударов автомобильным домкратом, в результате чего причинил ей открытую черепно-мозговую травму, повлекшую наступление смерти на месте преступления от ушиба мозга (строки 1-4 страница 3 Заключения экспертов). В анализируемом экспертном заключении требуемые «Инструкцией по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)» данные отсутствуют.

Если по факту смерти потерпевшей ———— А.С. проводилась судебно-медицинская экспертиза, авторы заключения обязаны были изложить её результаты. Если же судебно-медицинское исследование не проводилось, они также обязаны были указать это, но, как следует из текста, не сделали ни того, ни другого.

Соматический и неврологический статус подэкспертного ————а И.В. описан экспертами даже не в нескольких предложениях, а в двенадцати словах (стр. 3 заключения, строки 10-12 сверху). При этом подобное изложение заявлено как «Данные настоящего обследования», что явно не соответствует действительности.

Психический статус подэкспертного (важнейший фрагмент исследовательской части) описан в заключении формально, с обилием общих и оценочных формулировок, психиатрической терминологии. Данное описание лишено конкретного смысла, поскольку эксперты не потрудились описать непосредственные особенности поведения подэкспертного.

Действительно, такие фрагменты, как «отвечает по существу», «речь и мышление последовательные», «эмоции соответствуют теме беседы» являются оценочными и без иллюстрации конкретными примерами ни о чём не говорят.

Подобный подход к описанию психического статуса прямо противоречит требованиям действующей «Инструкции по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», которая в разделе 2. Исследовательская часть, пункте 2.3.7. прямо предписывает экспертам:

«2.3.7. Расплывчатые или преждевременные оценочные термины («эксцентричен», «демонстративен», «неадекватен» и т.п.), которые более уместны при итоговых характеристиках, здесь не должны заменять описание конкретных особенностей поведения».

«2.3.10. Описание юридически значимой ситуации и её оценки подэкспертным включает анализ возникающих противоречий между содержанием излагаемого подэкспертным при настоящем обследовании и объективной картиной происшедшего, зафиксированной в уголовном и гражданском деле».

Однако эксперты-психиатры не анализируют не только указанные противоречия. В тексте заключения практически отсутствует какая-либо аналитическая часть, за исключением попыток анализа, предпринятых экспертом-психологом: «в настоящее время ———— И.В. каким-либо психическим расстройством не страдает, на что указывает: «ранее к психиатрам не обращался, рос и развивался нормально, окончил школу и ВУЗ, положительно характеризуется, при настоящем обследовании у него не выявлено психической патологии…». Фактически, после изложения материала исследовательской части эксперты-психиатры переходят к формулированию выводов, игнорируя собственно экспертную (т. е. аналитическую) часть работы.

Подобное построение текста заключения прямо нарушает требование «Инструкции по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», которая в разделе 2. Исследовательская часть, пункте 2.3.16 предписывает экспертам:

«2.3.16. Клиническое исследование завершается систематизацией выявленных клинических феноменов, их психопатологической квалификацией для целостного анализа, соотнесения с общепризнанными международными критериями диагностики».

Как видим, никаких попыток систематизации, психопатологической квалификации, дифференциальной диагностики экспертами-психиатрами предпринято не было. Собственно, это одна из причин получения ими ошибочных и необоснованных выводов.

Итоговая часть рассматриваемого заключения психиатров (выводы) не оформлена в виде ответов на вопросы, поставленные судом, а выполнена «в общем», в виде свободного изложения (стр. 3 заключения).

Таким образом, эксперты нарушают предписание «Инструкции по заполнению отраслевой учетной формы №: 100/у-03 «Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», которая в разделе 3. Выводы, пункте 3.3 требует:

«3.3. На каждый из поставленных перед экспертом (экспертами) вопросов даётся либо ответ, либо мотивированное сообщение о невозможности дачи ответа».

Какой фрагмент итоговой части заключения экспертов-психиатров является ответом на какой из поставленных судом вопросов, можно только догадываться.

 

 

ВЫВОДЫ.

 

Заключение комиссии экспертов №103 от 31 января 2013 года, выполненное в отделении амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз Брянской Областной Психиатрической Больницы №1, по комплексной первичной амбулаторной судебной психолого-психиатрической по комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизе ————а Ильи Владиславовича  1990 года рождения, обвиняемого по ст. 105 ч. 1 УК РФ., выполнено не в полном объеме.

Текст вводной, исследовательской и итоговой части заключения выполнен с рядом нарушений требований инструктивных документов, регламентирующих регламентирующих порядок оформления результатов судебно–психиатрических (в том числе и комплексных) экспертиз.

Не указан объем (количество томов, листов) уголовного дела, нет ссылок на листы дела.

Описания анамнеза и данных объективного обследования носят формальный характер, выполнены с использованием шаблонных и расплывчатых формулировок, которые не могут объективно отражать физическое состояние, а также и личностные и поведенческие особенности подэкспертного.

Экспертами не приведены в тексте исследовательской части необходимые фрагменты: заключение судебно-медицинской экспертизы по поводу повреждений, полученных потерпевшей ———— А.С. а также протокол осмотра места происшествия.

Попытки анализа, предпринятые экспертами при формулировании выводов (ответов на вопросы следствия), неубедительны.

Итоговая часть заключения экспертов-психиатров не структурирована в виде ответов на вопросы суда, идет монолитным текстом.

 

Данное экспертное не является достаточно полным, объективным и научно обоснованным.

 

 

Специалисты                                                                            Н.И. Андриянов

 

А.О. Токарев

 

 

 

Заказать обратный звонок