пример-рецензии-на-психологическую-экспертизу-(проживание-ребенка)

РЕЦЕНЗИЯ НА ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА-ПСИХОЛОГА 

№   ——                                                                    19    марта 2012 г.

12 марта 2012г. в АНО «Центр медико-криминалистических исследований» по запросу адвоката —————, защищающего интересы истца —————по гражданскому делу по Иску об определении порядка общения с ребенком —————21.04.2008 года рождения от совместного брака с —————. Дача рецензии поручена специалисту Бегуновой Людмиле Анатольевне, имеющей высшее психологическое образование, кандидату юридических наук, стаж работы по специальности 22 года.

Для рецензии были предоставлены следующие документы:

  1. копия «Консультации психолога» от 08.10.2011 г.,
  2. копия «Психологического заключения» от 12.01.2012 г.,
  3. копия «Психологического заключения» от 13.01.2012 г.

Консультация и Психологические заключения были проведения клиническим психологом —————— в Центре психологии и права Михаила Врублевского. Каких-либо специальных экспертных вопросов перед специалистом психологом поставлено не было, либо они не отражены в заключениях. Специалист работала по жалобам матери ребенка ————— на нарушение поведения сына после «неожиданных» встреч с отцом.

В консультации от 8 октября 2011 г. со слов матери описаны симптомы нарушения поведения у ребенка, появившиеся после неожиданной встречи мальчика с отцом в детском саду («ребенок 2 дня плачет, перестал разговаривать, не отвечает на вопросы, 3 раза за ночь просыпается, перевозбудим). Отмечено, что родители в разводе с августа 2011 г. Также кратко описано поведение ребенка на консультации («не отвечает на вопросы, на контакт не идет, прижимается к матери, от нее не отходит»). Подчеркнуто, что ребенок находится в состоянии стресса, утомлен, не способен занять себя игрушками.

Данных о том, применялись ли на первой консультации какие-либо психодиагностические методики с Дмитрием, кроме наблюдения за его поведением и сбора анамнеза со слов матери нет. Нет так же данных об анализе разводной, пред разводной и после разводной ситуации. Как родители в процессе развода и после договаривались между собой о воспитании сына. Нет данных, когда последний раз ребенок видел отца, до посещения его в детском саду, после чего начались «невротические» симптомы. Предупреждал ли —————мать мальчика, что придет в детских сад. Нет данных о том, как мать мальчика —————рассматривает порядок общения с сына с отцом.

Таким образом, если анализ семейной ситуации и был специалистом проведен, то в заключение этих данных нет.

Специалист рекомендует на первой консультации: консультацию невропатолога, соблюдение режима дня, исключение стрессовых ситуаций и консультацию психолога через 2 месяца для понимания динамики состояния. Данных о том, что подразумевал Специалист под исключением стрессовых ситуаций, консультируя мать и как это должно повлиять на динамику состояния ребенка, в представленном тексте нет.

В Психологическом заключении от 12 декабря 2012 г отмечено, что представлены результаты наблюдения за ребенком и игровое взаимодействие в период с 8 октября по 10 декабря 2011 г. Далее перечисляются жалобы матери на поведение ребенка и выводы о результатах поведения за мальчиком в процессе консультации и игры. Никаких данных о том были ли сеансы игровой терапии в период от 08.10 по 10.12.2011 г., как часто проходили эти сеансы, нет. Нет никаких данных на основании чего должны были произойти изменения в поведении ребенка (результат игровой терапии мальчика, психологические консультации матери). Специалист на основании наблюдения за мальчиком (по данным получается, что 10 декабря была вторая встреча с психологом после 2-х месячного перерыва) мальчик эмоционально привязан к матери, что еще никак не может свидетельствовать об отрицательном отношении Дмитрия к отцу. Симбиотические связи с матерью в возрасте трех лет еще очень сильные и пока в пределах нормы.

К сожалению, нет никаких конкретных результатов исследования мальчика: например, по какому сценарию проводилась игра с ребенком, какие диагностические вопросы должны были быть выявлены в результате игры, что использовалось в качестве «игровых» родителей (игрушки, фигурки из пластилина, животные и много другое). Было ли проведено опосредованное изучение ребенка о представлении семьи и роли каждого члена: например, игра – «Семья животных», можно было представить часть стимулов из методики Рене Жиля и т. п.

Первые два пункта рекомендаций специалиста не вызывают никаких сомнений. В третьем пункте рекомендаций непонятно, что подразумевает фраза «Единая система поощрений и наказаний, разработанная совместно с психологом и ребенком», т. е. 3-х летний ребенок должен выбрать себе способы поощрений и наказаний? Или подразумевалось, что родители должны выбрать систему поощрений и наказаний, используя рекомендации психолога, обследовавшего ребенка?

Рекомендации в четвертом пункте в какой-то мере должны помочь снять на время эмоциональное напряжение у мальчика. Однако выполнение их не поможет адаптации ребенка к ситуации развода, т. к. совместное присутствие матери на свиданиях с отцом, будет служить не осознанию факта развода родителей и осознанию, что они перестали быть супружеской парой, а формированию иллюзии, что благодаря ребенку возможно возобновление отношений между родителями.

В Психологическом заключении от 13 января 2012 г описываются матерью аналогичные жалобы нарушения поведения Дмитрия после встречи с отцом в детском саду, как и на первичной консультации 8 октября 2011 г. Далее в очень краткой форме психолог приводит выводы по игровому психологическому занятию с мальчиком, где ему напрямую задавались вопросы о ситуации посещения накануне отца в деском саду: «Ты был рад видеть папу?», «О чем вы говорили?», «Вы играли?». Непонятно в чем собственно состояла игровая ситуация? Больше похоже на «допрос» о факте посещения отца, а не на игровую терапию. В заключение нет опять никаких данных о том, когда ребенок до этого видел последний раз отца, были ли попытки, с учетом рекомендаций психолога договориться родителями между собой о порядке общения с ребенком. Что по этому поводу рассказала мать мальчика. Какие она выражения использует при рассказе об отце ребенка.

В итоге Специалист приходит к выводу, что свидания с отцом для  мальчика являются психотравмирующим фактором, вызывающим тревогу и стресс. Вариант адаптации ребенка к разводной ситуации специалист рассматривает только в присутствие матери или бабушки при общении мальчика с отцом. Такие гипотезы как, например, то, что если ребенок переживает разлуку с отцом, скучает и естественным образом при встрече с ним перевозбуждается (это стресс), не рассматривались. Плюс, если при данной ситуации Дмитрий, пусть неосознанно, но понимает, что мать препятствует его общению с отцом, постоянно негативно отзывается о нем – то это тоже стресс. Если мальчик из-за страхов наказания со стороны матери, эмоционального отторжения, боится показать отцу, что он соскучился, боится рассказывать матери о том, как ему было хорошо при встрече с отцом – это тоже стресс. Все это справедливо и в обратную сторону, если отец пытается сформировать негативный образ матери у сына. Однако же данных об исследовании всех этих вопросов нет.

Развод родителей для детей всегда является стрессовой ситуацией, редкие и задолго планируемые встречи, часто способствуют только увеличению тревоги детей (формированию «сверх ожиданий от предстоящих свиданий»), формированию страхов потерять кого-то из родителей навсегда. А также формированию полярного и неадекватного отношения к родителям: с тем с кем постоянно живет – это наказание, воспитание, все житейские требования, а «воскресный папа» — одно удовольствие, развлечение и никаких обязанностей.

В заключение от 12.01 2012 г. Специалист отметила, что у ребенка наблюдаются страхи, но исследование этой области никак не отражено в Заключениях. Не описано, что беспокоит мальчика, собственно чего он боится, нет данных о том, какая была проведена психотерапевтическая работа с выявленными страхами. В этом же заключении Специалист отметила, что у мальчика не сформирован образ отца в семье. Мальчик не представляет себе, какую роль мужчина может выполнять в семье. Но данный факт в рекомендации общения мальчика с отцом специалистом также не рассмотрен. В возрасте трех-четырех лет происходит осознание детьми своей половой принадлежности. Успешная половая идентификация у мальчиков неразрывно связана с образом отца в семье. С кем ребенку себя идентифицировать, если он проживает с мамой, бабушкой и тетей? Куда дели дедушку? Общение с отцом рекомендуется также под строгим контролем со стороны женщин. Каков же будет образ мужчины у ребенка в семье? Отрицательный (негативный) образ отца, унижение его со стороны окружающих женщин, может явиться серьезным основанием нарушений половой идентификации, за которой помимо тревоги и страхов, у людей также формируются различные сексуальные перверсии.

Таким образом, в представленных на рецензию Заключениях специалиста клинического психолога ——————-, данных о психодиагностическом исследовании ребенка, чтобы ответить на вопрос о его эмоциональной привязанности к окружающим близким нет. Не рассмотрены вопросы о том, есть ли место специального формирования негативного образа отца/матери со стороны бывших супругов? Препятствует ли мать общению мальчика с отцом? Нет данных о том, каким образом проходили встречи между мальчиком и отцом в период наблюдения в Центре психологии и права Михаила Врублевского с октября 2011 г. по январь 2012 г., по какой причине отец вынужден был приходить для общения с ребенком в детских сад, не оставив в известность мать?

Без исследования перечисленных вопросов рекомендации ——————- по характеру общения —————с сыном Дмитрием являются необоснованными и могут в последствии привести не к адаптации ребенка к ситуации развода родителей, а к формированию ложных иллюзий и сценариев поведения с элементами манипуляций в общении с родителями.

 

Психолог                                                            Л. А. Бегунова

Форма обратной связи

Нажимая на кнопку "Отправить" я даю согласие на обработку своих персональных данных

Заказать обратный звонок